Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Сын пропагандистки поступил в Москву — в Беларуси его считают уклонистом. Мать обратилась к Лукашенко
  2. Минчанка забронировала столик в престижном ресторане на 8 марта. В преддверии праздника ее попросили внести депозит — 800 рублей
  3. Беларусский акционист разослал по российским школам брошюры в стиле нацистской Германии с лицами пропагандистов — как отреагировали
  4. «Мне даже обидно». Лукашенко задался вопросом, зачем «создавал ПВТ, продвигал айтишников», и вспомнил 2020 год
  5. Экс-сотрудник Betera рассказал о своей работе в этом онлайн-казино. Теперь на него написали девять заявлений в милицию
  6. Доллар стремительно дорожает: что будет с курсами в середине марта? Прогноз по валютам
  7. ГосСМИ Ирана назвали нового верховного лидера страны
  8. Лукашенко предложил открыть заведения этой сети ресторанов в районных центрах
  9. Влюбленная пара отправилась в поход по местам съемок «Властелина колец». Они не подозревали, что это закончится кошмаром
  10. Разгадка феномена ясновидящей бабы Ванги оказалась чрезвычайно простой. Вот кто использует ее в своих интересах
  11. Из-за украинского контрнаступления Россия стоит перед дилеммой — вот о чем речь


Во время второго дня конференции у Светланы Тихановской спросили, даст ли она присягу на Конституции, как того потребовал Вадим Прокопьев. Напомним, вчера в комментарии «Зеркалу» Светлана Тихановская назвала такой ультиматум «недостойным мужчины».

Светлана Тихановская во время второго дня конференции "Новая Беларусь" 9 августа 2022 года
Светлана Тихановская во время второго дня конференции «Новая Беларусь» 9 августа 2022 года

Вадим Прокопьев 8 августа предложил Светлане Тиханвоской «взять в руки» судьбу нации. Он заявил, что ее «да» будет понятно по действиям: отстранить ответственных за провалы и ошибки людей до конца расследования и заявить о создании правительства. Тогда он предложил ей сразу же на сцене принять присягу, положив руку на Конституцию.

— Руку на конституцию непонятно какую я класть не буду. Тот факт, что два года я продолжаю как бульдозер работать, — это и есть фактическая присяга белорусскому народу. Я понимаю, что символизм что-то значит, но не в этом случае. Почему кабинет, а не правительство? Кто-то задавал вопрос вчера, кто возьмет на себя ответственность за то, что правительство не было создано в 2020-м? Беру ответственность на себя полностью. Я уже объясняла, что для меня было чужда идея создания чего-то в изгнании. Потому что если что-то в изгнании, то это значит, что ты уезжаешь надолго. А в 2020 году не было таких ощущений. А раз не создалось, то значит, не нашлось людей, которые бы смогли меня убедить в правильности такого решения. Сейчас вопрос назрел, все больше и больше голосов за создание. Но, опять же, протоправительство, протопарламент — эти вещи мне чужды. Если будем создавать, то будем создавать кабинет, чтобы не было аналогии с тем, что сейчас есть в режиме. Это моя позиция и опять же не нашлось человека, который бы смог меня убедить в обратном.

При этом на вопрос экс-бизнесмена Александра Кныровича о том, чувствует ли себя Тихановская национальным лидером, она ответила утвердительно.

— Да, я чувствую себя национальным лидером, — сказала Тихановская. — Я взяла на себя ответственность и готова поделиться ею с теми, кто готов работать со мной плечом к плечу.

Она добавила, что «чувствует себя белоруской, которая волею судьбы взяла на себя ответственность и обязанность исполнить свой долг перед Беларусью, перед белорусами».

— Я знаю, что белорусы голосовали за меня. Я понимаю, что не потому, что поверили в меня. Они голосовали за людей, которые не дошли до этого этапа, — сказала она.

Напомним, Вадим Прокопьев заявил, что если Светлана Тихановская скажет «нет», то она должна передать полномочия премьер-министру, который возглавит правительство.

— Допустим, ваш ответ «нет», мы вас поймем, не осудим и поддержим. Мы навсегда запомним ваш героический поступок 2020 года, — сказал он. — Но предложим вам передать большинство своих полномочий премьер-министру, который возглавит правительство, — сказал он. — Все остальное, извините, понты <…> Закончу я фразой, за которую я вас хвалил в личной переписке. «У нас нет еще одного года».